Артур Popados Шигапов (popados) wrote,
Артур Popados Шигапов
popados

''Туда, где с ветки падал сочный рамбутан'', часть 2-я.

12 января

Джакарта! 
Все ругают этот город за духоту, шум, пробки, и я не буду защищать индонезийскую столицу. Она заслуживает эти упрёки.
Датой её основания принято считать 22 июня 1527-ого года, когда местный султан Фатиллах разбил в устье реки Чилливунг высадившийся португальский отряд. Победа была не бог весть какой, однако тщеславный султан повелел основать город и назвал его Джаякартой (‘’великая победа’’). Позже голландцы вернули статус-кво и переименовали столицу Явы в Батавию. Лишь с обретением независимости она обрела своё последнее название, а день 22 июня празднуется как самый радостный в году. 
Мы прибыли в Джакарту в обеденное время, но до местного ''Каосана''- улицы Jl.Jaksa – добрались лишь через несколько часов. До сего дня я, как и положено, пугал Наташу столичной духотой и всеми 35-ю обычными джакартскими градусами, но вместо этого мы получили проливной дождь, свежий ветерок и вполне приемлемую погоду.



Планы сразу рвать из города на западное побережье поменялись, и мы провели ночь в городе, намереваясь отоспаться перед дорогой. Утром я вспомнил, что значит быть примерным папой – Наташа дёрнула меня за майку, и преданно хлопая ресницами, тоном первоклассницы прощебетала: ''А я хочу в зоопарк''. Как откажешь ребёнку?! Воздушного шарика и сладкой ваты поблизости не было, но ''Ragunan Zoo'' исправно работал, где мы и провели добрые полдня. Размеры его таковы, что животных нужно ещё поискать – чаще вместо вольеров приходится читать указатели ''Слоны там'', причём до слона топать добрые 15 минут.



Более всего впечатлил отдельный ''обезьяний мир'', где мы впритык сквозь стекло рассматривали орангутанга. Он тоже внимательно рассматривал странных людей с непривычно белой кожей, не забывая при этом отковыривать и разжёвывать оконную замазку. Его грудастая подруга восседала неподалёку в самых вызывающих позах, но замазка была интереснее.




 
Приматам выделен мощный участок настоящих джунглей, огороженный круговым тоннелем для посетителей.


Вечером я сбегал к вокзалу Tanah Abang (35 минут пешком от Джалан Джакса) и узнал время отправления поезда до Мерака, портовой деревушки на западной оконечности Явы. По дороге зашёл в центр туринформации, где добрый час обсуждал с его работниками политику Сталина и Ленина, величину дореволюционных российских купюр, различные аспекты нашей и индонезийской истории. '’Нынешнее поколение моих соотечественников даже не знает, кто такой Хрущёв’’,- вздохнул паренёк с простым яванским именем Аndrej, и я вынужден был с ним согласиться. Впрочем, то же самое можно сказать и о нашем ‘’поколении пепси''.  

3-14 января
Сегодня начинается наш путь к заветной точке – вулкану Кракатау, расположенному между Явой и Суматрой.
Первый поезд до Мерака – в 7 утра, и будильник был героически заведён на полшестого. Наташа так же героически проснулась, но своё состояние я оценил на те же ''полшестого'', и продрых до дневного поезда (13.40). Дорога до вокзала проходит мимо рынка Тана Абанг, где появление пары фарангов вызвало невиданный ажиотаж. Здороваться пришлось с каждым встречным торговцем, а покупка билета на поезд превратилась в торжественную церемонию. 
3-ий класс индонезийского поезда – сам по себе отдельный аттракцион, нечто среднее между рынком, концертной площадкой, местом встречи друзей и транспортным средством. Народу набито битком, остановки у каждого столба, но скучать не приходится. Торгуют, кажется, все пассажиры. Некоторые сидят три четверти пути, потом вскакивают и начинают впыживать своим соседям фрукты, напитки и всяческую дребедень. Те отвечают примерно тем же, и непонятно, зачем им нужны деньги, если можно обменивать напрямую. Народ отчаянно мусорит, а специально обученные нищие гоняют щётками кучи туда-сюда по вагону, выпрашивая подаяние за проделанную ‘’работу’’. Ближе к Мераку поезд пустеет и становится похожим на обычную подмосковную электричку в выходной день. 
Ява и Суматра сообщаются между собой дешёвыми огромными паромами, идущими каждые полчаса круглосуточно. Задерживаться на курортах западной Явы было уже некогда – завтра мы должны были встретиться в Калианде, откуда решили шарить лодки до вулкана Кракатау. Зондский пролив встретил низко висящими свинцово-наливными тучами и злой мелкой волной о побережье. Вечером доехали до этого посёлка и заселились в гостиницу Berengin – отстойный гадюшник, рекомендованный, как обычно, Лонли Плэнетом. Там нас уже ждал Саша ''Alex 13''. Хозяин гостиницы почуял лёгкую наживу и выставил стадартный ценник в 690000 рупий (75$) на человека за поездку, поэтому мы решили с утра проехать по окрестностям и нанять лодку.
Процесс оказался куда более трудным и непредсказуемым, чем ожидалось. Рыбаки из окрестных деревень английский не понимают напрочь, поэтому пришлось применить всё своё знание индонезийской бахасы, весьма скудное. На пирсе деревеньки Чанти (Canti) собрался совет капитанов, объявивший стоимость лодки – 1800000 рупий (200$). От них же удалось узнать о пароме, стартующем по утрам до соседнего с Кракатау острова Себеси (Pulau Sebesi). Поездка в следующую деревушку, Пангкул (Pangkul), ничего не дала, кроме отличного вида на Кракатау, укрывшегося за сизой дымкой морских испарений. Местный рыбак тупо позвонил хозяину всё того же ''Берингина'' и сообщил о наших поисках. Вечером тот был уже более сговорчивым и снизил цену до 3 млн. рупий на 5 человек, гордо демонстрируя большую палатку. Но мы уже приняли решение- идти самым сложным и бюджетным путём, описания которого не нашли ни в ЛП, ни в рунете. Мы решили плыть на пароме, а лодку искать на Себеси. Ближе к вечеру в гостиницу завалил Саша ''Kva''. Оставшиеся ''участники концессии'' в лице Ирины ''Freewind'' и Димы ''Lance'' прибыли ночью прямо в Чанти, чтобы утром присоединиться к этой разношёрстной гоп-компании, вознамерившейся штурмовать самый знаменитый, но труднодоступный и малопосещаемый вулкан. 


С того дня прошла уже почти неделя, но мыслями я всё время возвращаюсь в этот отвергнутый всеми земными богами уголок Зондского пролива. Даровавший людям замечательные красоты природы, однажды он потребовал платы в виде их жизней. Время стирает из памяти неурядицы и дорожные проблемы, оставляя в сухом остатке лишь то, что мы увидели и то, что никогда не забудем. 
Лодка, исполняющая обязанности пассажирского парома, забилась людьми и горой всяческого товара. Где-то между мамашами с грудными детьми и коробками с провиантом торчат наши ноги.


 На часовом отрезке от пирса до острова Себуку перегруженную лодку качает на волнах, а красивая молодая аборигенка с пухлыми губками уже не в первый раз свешивается за борт и грациозно блюёт в Индийский океан. Середина января – самый разгар сезона дождей, и волна идёт мелкая, но злая. Наконец-то мы укрываемся за спасительным берегом, и качка поутихает. Через полтора часа паром швартуется в мелкой бухте острова Себеси.


Надо сказать, что утром в Чанти цена за лодку у рыбаков выросла до 2-х миллионов. На Себеси торги продолжились. Это был довольно неприятный момент – один из капитанов вообразил себя Большим Начальником и начал гнуть пальцы, объявляя через каждые 5 минут разные цены и демонстративно смеясь над ''глупыми туристами''. Глупые туристы оставили его без работы.
Второй капитан, согласившийся было на 1600000 рупий, также поднял цену, и никакие усилия Ирины, владеющей местным языком, не смогли изменить ситуацию.

Ирина оседлала мотобайк и умчалась к третьему капитану, вернувшись оттуда с победой – 1400000, включая плату за въезд на территорию Национального парка. Неподалёку от пристани стоят унылые бунгало под сдачу, но жадные хозяева объявляют цену по 200000 рупий за комнатку и посылаются на Кракатау в день взрыва. Вопрос с жильём решается сам собой – хозяин варунга, где мы сели ужинать, пригласил всю компанию себе в дом. Заветный вулкан уже совсем рядом!
Провинившийся клерк и Большой начальник, от которого зависит твоё материальное благосостояние и выплата кредитов. Преступник и неумолимый судья, в чьей власти твоя судьба, а иногда и жизнь. Мелкий человечек и гигантская сила, способная в один миг обрушить на твою голову миллионы тонн воды, пепла и камней. Такие ассоциации рождаются в голове, когда деревянный нос лодки режет волну, а прямо на тебя угрюмой чёрной громадой надвигается гроза целого региона – вулкан Анак Кракатау. Этот подросток весьма буйного нрава и недюжинной силы. Извержения на нём почти постоянны и сопровождаются выбросом газов, а застывшая лава образовала мощный язык у одного из склонов. С лиц рыбаков исчезают улыбки – они прекрасно знают, кто здесь хозяин. 


Увы, нам не повезло – хозяин безмятежно спит, и непонятно, проснётся ли. Мы швартуемся на пустынном черничном пляже и поднимаемся наверх. Пространство вокруг тропинки усеяно каменными ''бомбами''. Вокруг самых крупных – небольшие кратеры. Попади такой камешек на голову – гражданская панихида и отходная молитва местного муллы обеспечены.


С гребня открываются замечательные виды на обломок старого Кракатау и соседние острова. Небольшая метеостанция разбита в хлам вулканической бомбардировкой. Здесь мы проводим около часа, развлекаясь на русский манер – пьём отечественную водку из горла без закуси и задабриваем ею духов Кракатау. Бутылку ..(реклама вырезана самоцензурой)… не поленился провезти через полмира Alex13. К сожалению, кусок ''бородинского'' хлеба не выдержал влажного климата и зацвёл плесенью. О, духи Кракатау! Разожгите адскую кузницу своих подземелий не ранее, чем мы уберём задницы с гребня, и не позднее, чем зачехлим рюкзаки и бросим прощальный взгляд на вашего повелителя!



В этом промежутке мы будем рядом, на соседнем островке, ночевать у кромки прибоя с видами на вулкан и ждать, ждать обещанного чуда – ночных извержений.
Чуда не произошло.
Был временами моросящий дождик, созвездие Ориона, зависшее прямо над головой, и стремительно наступающий прилив. Пришлось эвакуироваться под рваный тентик, оставленный рыбаками на безопасном месте. В ту ночь я так и не смог уснуть. Разговоры за жизнь и путешествия сменялись выходами на пляж, где южной луной и яркими звёздами освещались два зловещих контура старого и нового Кракатау - увы, безмолвных. 


Рассвет, подаривший фантастические картины подсвеченных облаков, невозможно полноценно передать фотографией или видеосъёмкой. Необходимо пролететь, проехать, проплыть 10000 километров и оказаться ранним утром посреди Зондского пролива, чтобы ощутить сложную гамму чувств, впечатлений, переживаний – от сожаления несбывшемся до восхищения прекрасным и преклонения перед грандиозным.

Волна бесновалась, и последние полчаса лодку раскачивало так, что Наташа начинала терять сознание, и я шлёпал её по щекам. Все старались держаться молодцом, но по окончанию плавания дружно заселились в гостиницу ''Калианда'' и остались там на ночь, приходить в себя. Ирина Freewind слегла с повышенной температурой, а у прочих остаток дня всё плавало перед глазами. Хозяин милостиво позволил поглазеть на себя, лишь легонько погрозив авантюристам пальчиком. Когда-нибудь это ему надоест, и планета всколыхнётся от нового мега-взрыва, ещё разрушительнее предыдущего. Но мы его уже не увидим. Мы уезжаем на Яву. 

18 января
Ява - индонезийское всё. Ява- начало всех начал. Ява - исторический, культурный, религиозный, политический, финансовый - да какой хотите - центр страны, перекрёсток всех её транспортных и торговых путей. 
Остров протяжённостью чуть более 2000км получил такую роль благодаря своему выгодному расположению в центре архипелага, а также благоприятным условиям для выращивания риса, что для Юго-Восточной Азии означает победу жизни над смертью. Практически вся история Индонезии - это история борьбы за Яву и её плодородные земли, сначала между местными королевствами, потом с европейскими колонизаторами. Подробнее об этих перипетиях можно прочитать в общем историческом разделе. 
Этнический состав на острове довольно однороден. Яванцы-мусульмане, считающие себя интеллектуальной элитой, равномерно расселены повсюду. Мадурцы придерживаются ещё более строгого ислама и сосредоточены в основном на северо-востоке острова. Лишь в восточной части на нагорьях Бромо - Семеру остался индуистский анклав тенггеров, потомков империи Маджапахит. В портовых городах обосновались и арабы, и индусы, и прочий торговый народ, но влияние их незначительно. Куда могущественнее немногочисленная китайская диаспора, представителей которой можно увидеть в крупнейших ювелирных магазинах страны.
‘’Ява перенаселена, Ява заиндустриализована и заезжена туристами, нечего там делать''- частенько приходится слышать из уст ''бывалых''. Действительно, плотность населения тут одна из самых высоких в мире, промышленность бурно развивается, и зарубежные гости отнюдь не в диковинку. Но те невероятные по красоте природные ландшафты, уникальные древние храмы и самобытная культура, которыми так богата Ява, делают её едва ли не самым благодатным местом для интересного путешествия - намного более интересного, чем по скучному и засиженному туристами Бали. В пользу Явы говорит и развитая транспортная инфраструктура, при помощи которой можно легко попасть в её самые отдалённые уголки.
Прибыв в Мерак, мы вознамерились миновать Джакарту и уселись на автобус до Богора. Увы, пуп земли индонезийской не миновать, и битые пару часов из пяти пришлось провести в столичных пробках.
О, эти индонезийские автобусы! О них можно слагать легенды и песни. Поездку в обычном междугородном автобусе вы не забудете никогда и расскажете своим внукам. Сигаретный дым висит коромыслом, расстояния между сиденьями обычно рассчитаны на дистрофиков и субтильных азиатов, каждые 10-15 минут в салон заходит очередной музыкант и целые оркестры, давая экспресс-концерт. Благодарить их за аккомпанемент следует 1000Rp. Прикинуть стоимость проезда можно из расчёта 100км- 25000Rp, но ситуация со стоимостью бензина меняется стремительно. Иногда туриста, возжелавшего проехать из пункта А в пункт Б, передают по цепочке из одного автобуса в другой, причём весь путь оплачивается ещё при первой посадке. Бояться, что последующие кондукторы заставят оплачивать вторично, не стоит - между ними существует мистическая потусторонняя связь, и они в курсе оплаты и места назначения иностранных гостей.
Необходимо отметить, что автобус в пути обычно ломается, поэтому нельзя стыковать его расписание с вылетом самолёта или отходом поезда, необходимо иметь как минимум несколько часов временного гандикапа.
Пока что нам несказанно везёт – или что-то меняется в датском королевстве – но все автобусы идут хоть и медленно, с бесчисленными остановками, но верно, и курят индонезы мало, зачастую в специально отгороженных местах. Давая кондиционированного дуба, к вечеру мы прибыли в Богор. 

19 января
Ещё в XVlll-ом веке Богор (300м над уровнем моря) облюбовали голландцы, изнывавшие в липкой жаре побережья. От них остались некоторые здания в колониальном стиле, включая роскошный дворец ‘’Istana Bogor’’, где коротал свои деньки генерал-губернатор. Веком позже в нём до самой смерти томился президент Сукарно после свержения военной хунтой. Англичане тоже оставили свой след в виде отличного ботанического сада ‘’Kebun Raya’’ с его 15000-ми видов растений и деревьев, свезённых с разных концов мира. Теперь это гордость Богора и его визитная карточка, за которую нужно благодарить сэра Стэмфорда Раффлза. Он отметился также губернаторством Сингапура, открытием храма Боробудур и основанием Лондонского зоопарка. Близость к душной Джакарте и дождливый прохладный климат привлекает сюда толпы столичных жителей, особенно по выходным. Гостиниц тут неожиданно мало, и цены на них неожиданно высоки. Пришлось разместиться около ж/д вокзала в унылых комнатах без санузла, но за 110000 рупий. Утро подарило нам ботанический сад, и за это я благодарен своей судьбе.


Сверкающий алмаз посреди говна, ''Кебун Райя’’ оправдывает существование этого города, который, по правде говоря, не мешало бы сжечь дотла для дезинфекции. Крысы вольготно стадами перемещаются по улицам, напоминающим большой овощной рынок, а людской муравейник грохочет треском старых мотобайков и продажей всего-и-вся на каждом свободном квадратном метре. Впрочем, так можно охарактеризовать чуть ли не каждый индонезийский мегаполис, и я к этому уже давно привык. Наташа и Alex13, с которым мы проходим этот отрезок, начинают уже плеваться.
Но сады…сады искупают всё. Диковинные растения, пруды с лотосами и огромными кувшинками, цветочные аллеи, гигантские деревья и бамбуковые заросли. Человек – примитивная скотина, созданная для обжорства и незамысловатых телесных удовольствий, поэтому самое яркое впечатление от парка оставило уютное кафе De Daunen с его видами на пышную зелень, резной деревянной мебелью и огромными порциями. 










Автобусный переезд из Багора в Бандунг бесконечен, как сама Ява, с тысячью одной остановкой у каждого столба, и в город мы ввалились, как это обычно здесь бывает, поздним вечером. 
Бандунг поделён железкой на северную и южную часть, и та, что южнее, уродлива неимоверно. Осматривать бандунгские красоты в виде зданий стиля ''ар-деко'' мы не стали – уж очень мало этих самых зданий осталось. Из них можно выделить Бандунгский технологический университет, где учились отцы независимой Индонезии – первый президент Ахмед Сукарно и его зам Мохаммед Хатта. Нас более волновал кратер вулкана Тангкубан Пераху, что в 30км севернее Бандунга, поэтому с утреца неунывающая троица отмахнулась от услуг гостеприимного хозяина гостишки, сулившего вери чип прайс на дневной тур, и добралась до верхотуры общественным транспортом, преодолев последний километр пешком, под удивлённые возгласы азиатов, для которых придуманы специальные экскурсионные вагончики. Они не понимают, зачем гулять на свежем воздухе, когда можно ехать. 
Кратер вулкана Пераху не так, чтобы очень зрелищен (видали и помощнее), но виды с его гребня очаровательны. Правда, чтобы их увидеть, понадобилось переждать небольшую бурю с ливнем, разогнавшую туман над окрестностями. И очень много тут местных туристов, требующих дани с фарангов в виде совместной фотографии и ответа на гамлетовский вопрос ''Вер а ю фром?'’ За вход к вулкану надо заплатить 50000 рупий, и с высокой ценой на маршрутку поездка сюда не окупает затрат. 




20 января
Самые красивые места в окрестностях Бандунга находятся не к северу, а к юго-востоку от города. Посвящены они тем, кому хочется свернуть с нахоженных туристических троп и заглянуть в пасть вулканическому дьяволу. Речь идёт о вулкане с армянской фамилией Папандаян (Papandayan) и армянским же темпераментом. После извержения в 2003 году многие опасаются сюда подниматься, и совершенно зря - наш армянин отличается лёгкой доступностью и сюрреалистичными картинами преддверия ада. К нему-то мы немедленно и отправились.
Вечерние бандунгские пробки и неспешный автобус сделали своё чёрное дело – в местечко Гарут удалось попасть опять-таки поздно вечером. Слава Аллаху, хорошая и не очень дорогая гостиница нашлась довольно быстро. Мы уже устали пилить на убогих басах и жить в откровенных дырах, по скудости местного языка называемых ''гостиницами'', поэтому следующий день прошёл в отдыхе и ничегонеделании. Папандаян начался позавчера утром, и это был второй пик наших похождений после вылазки на Кракатау. За такие мгновения я и обожаю Яву! Вокруг тебя всё шипит, булькает, свистит и грохочет, Наташа надрывно кашляет, схватив очередную порцию серных испарений, а ты судорожно фотографируешь, стараясь запечатлеть в памяти и на цифре ирреальные по красоте ландшафты вселенской катастрофы.


 




Найм гида – полезная штука здесь, он знает тропы и показывает все самые интересные уголки, включая поваленный сгоревший лес, оставшийся после недавнего извержения.


 


Индонезийцы пытаются освоить эту красоту в корыстных целях. Компания Chevron строит тут крупнейшую в мире геотермальную электростанцию. Принцип таков: в недра вулкана бурят шурфы и закачивают в них воду. Вода, достигая лавы, испаряется, пар выходит наружу и крутит турбину. Ставить оборудование у склона боятся- в памяти ещё свежа эвакуация населения в 2003 году. Это обнадёживает: те, кто придёт сюда через несколько лет, не будут вынуждены лицезреть индустриальный пейзаж.
Теперь Папандаян в моём хит-параде индонезийских вулканов вышел на твёрдое третье место после Бромо и Кракатау, опередив ненамного любимые Иджен и Сибаяк. Интересно, какова будет пятёрка после посещения ломбокского Ринджани, суматранского Керинчи и флоресского Келимуту? Вулканическая тема в этой стране – самая длинная и интересная…
‘’Ни шагу назад, только вперёд!’’ – возопил Alex13 в ответ на моё предложение вернуться в Бандунг и сесть на поезд до Соло. Действительно, можно было проехать дальше на восток, выйти к железной дороге в городке Тасик Малайя и сесть на тот же самый поезд. Так мы и сделали. Теперь самым уродливым городом на планете я считаю не камбоджийский Пойпет или Медан, а это скромное отвратительное поселение на Яве. Если Богор оправдывает и спасает от поджога его ботанический сад, то Тасик Малайю не оправдывает ничего, и он ждёт своего Герострата. Тем не менее, и здесь нашлось развлечение в виде проезда специального поезда из Сурабайи в Бандунг с футбольными фанатами.
Сначала ж/д станцию наводнили полицейские и люди в штатском. Они выдули весь чай в вип-зале, разбросали по полу ореховую скорлупу и свои щиты с дубинками. Потом перрон очистили от публики, а зал забаррикадировали скамейками. Я понял, что ожидается не меньше, чем прибытие фанатов ЦСКА в Питер и тоже вооружился полицейским щитом с дубиной, решив биться с супостатом не на живот, а насмерть. В таком виде я вышел на платформу, но был сразу разоружён полицией. Через 10 минут подошёл поезд с болелами.


Их было очень-очень много. Они набились в вагоны, заполнили крышу, свисали с окон. Полиция проявила малодушие и вместо того, чтобы дубасить от нечего делать подростков, как это делает наш доблестный бесстрашный ОМОН, стала раздавать им воду. Те вели себя хоть и шумно, но вполне мирно. 



- А кто и когда играет? – спросил я у местного паренька.
- Сурабайя с Бандунгом. Матч будет завтра в Бандунге, они едут туда весь день.
- А где они будут спать сегодня ночью?
- Везде. Для них это не проблема. 
Я с сомнением посмотрел на забитые народом крыши. Сегодня весь день шёл дождь. Футбол- великая игра… 

23 января

История с футбольными болелами получила продолжение через 2 дня, когда мы покидали хлебосольный город Соло, чей вокзал так же был оцеплен полицией. Слуг народа поддерживал броневик, на котором ещё Ленин подписывал свои декреты. 
В поезд понабилось народу так, что пришлось открыть окно для проветривания. Сосед – пожилой мужичок с портфелем – немедленно его прикрыл, объяснив коротко: ''Камни''. ‘’Какие ещё камни? – подумалось – спятил наверное индонез из-за духоты…''
…первый булыжник прилетел на крышу аккурат через три минуты после начала движения. Второй громыхнул где-то совсем рядом. Люди попадали на пол. Камни застучали гулко по бортам, один из них пришёлся прямо в промежуток между окнами, где сидела Наташа. Мы легли на скамейку, пряча свои головы. Окно через три отсека от нас разлетелось от удачного попадания, закричали люди. Через минуту всё смолкло.
- Кто обстреливает поезд? – спросил я у мужичка-провидца, использовавшего свой портфель как щит.
- Футбольные болельщики из Сурабайи. Они поехали на матчи сначала в Джакарту, потом в Бандунг, а теперь и в Соло.
- Я видел их поезд. Они казались вполне мирными.
- Их клуб проиграл Бандунгу, а один из болельщиков сорвался с крыши поезда и погиб. Они теперь очень злы.
- А почему они обстреливают наш поезд?
- Потому что он из Бандунга…
Спустя некоторое время атака повторилась. Состав набрал приличную скорость, мимо проносились трущобы- окраины Соло, а откуда-то из темноты в окна летели камни, не сулившие ничего хорошего. Футбол – fucking great game. Мы ехали в Сурабайю. 

Но до этого были два дня в Соло…
О, Соло! О, Соло мио! 

Будучи одним из крупнейших и важнейших городов на Яве, он тем не менее лежит чуть в стороне от туристических дорог, в 65км к северо-западу от Джогджи, и сформирован вокруг исторического центра со своим Кератоном (Keraton Kasunanan). Когда-то Соло (год основания-1745), в оригинале маленькая деревушка, был столицей королевства Матарам. Тогдашнему правителю Пакубувоно ll-ому почудились голоса, повелевшие построить тут столицу, угодную Аллаху. В XVlll-ом веке этого было достаточно, и вчерашнее село быстро превратилось в цветущий город. Ещё один Keraton Mangkunegaran, поменьше и поскромнее главного, находится в 2-х километрах к северо-западу. Их разделяет центральная улица Jl. Slamet Riyadi, ставшая пристанищем для множества гостиниц, ресторанов и магазинчиков. Праздная публика тоже предпочитает этот бульвар для вечерних прогулок и посиделок. Вся беда в том, что после джогджского Кератона специально ехать и смотреть эти два нет большого смысла. Да и сам город для туриста едва ли представляет какой-нибудь интерес, являясь лишь удобной базой для посещения вулкана Gunung Lawu и самого загадочного храма на Яве Чанди Суку (Candi Sukuh). В 15км севернее Соло в местечке Sangiran был обнаружен череп знаменитого Java Man (или Solo Man) - самого древнего ископаемого человека. Любители археологии могут полюбоваться его останками и прочими костьми в маленьком музейчике на месте раскопок.
Мы же решили использовать этот весьма цивильный и приятный город в качестве отдыха от бесконечных ''тасик-малайев'', не забыв при этом о главной цели визита – Чанди Суку, куда и намылились после суточного пребывания в безделье, поедании плюшек и прогулок по главной улице с оркестром из улюлюкающих подростков.
Вулкан Лаву уникален тем, что предоставляет возможность насладиться не только природными красотами, но и осмотреть древние храмы на фоне умопомрачительных пейзажей.

 Несколько веков назад подданные империи Маджапахит бежали в восточную Яву, подальше от первого исламского султаната Демак. Последний король Бравиджайя V задержался у вулкана Лаву, впал в божественную нирвану в местечке Sunan Lawu и понастроил в ознаменование просветления несколько храмов. Теперь ежегодно тысячи паломников устремляются на склоны вулкана, дабы урвать и себе кусочек духовной благодати. Многие местные жители до сих пор не приняли ислам и исповедуют веру своих предков индуизм. Самыми известными храмами, ставшими объектами для поклонения, считаются Candi Ceto и Candi Sukuh. 
Чанди Суку расположился на склоне вулкана на высоте 900м. Чтобы попасть к нему, надо сесть на автобус до Tawangmangu (2 часа, 4000Rp), выйти в посёлке Karangpandan (расстояния везде небольшие, но скорость низкая) и пересесть на маршрутку прямо до храма. Вся дорога с пересадками из Соло не займёт более 2-3 часов.
Чанди Суку - один из последних образцов индуистского храмостроения на Яве перед нашествием ислама. В чём же его загадочность и неповторимость? Прежде всего поражают барельефы, искусно высеченные на стенах и прекрасно сохранившиеся. На них изображены религиозные ритуалы, да не чьи-нибудь, а древних майя! Те, кто видел недавний фильм Мэла Гибсона ''Апокалипсис'', хорошо запомнил, как на вершинах пирамид несчастным вырывали сердца, дабы вызвать на поля дождь. Эти сцены вполне натуралистично изображены на стенах Чанди Суку, в нескольких тысячах километров от Центральной Америки. Как они здесь оказались? - ответ наука дать не может. А вдруг имеет место простое совпадение? 



 


Пирамида, точь-в-точь повторяющая знаменитые строения в мексиканских Тикале и Чичен-Ице, развеивает последние сомнения - это действительно храм майя. Разгадать причину его появления в Юго-Восточной Азии учёным ещё предстоит…


Но не только загадочные реплики творений майя занимают воображение разинувших рот туристов. Мастера-индуисты постарались на славу и наваяли множество изображений мужских и женских гениталий, выполненных с хирургической достоверностью. Возле одного из них, изображающего руку, держащую огромный пенис, особенно любят фотографироваться женщины, пока их спутники сконфуженно отворачиваются. Я отворачиваться не стал и тоже сделал пошлый снимок, из серии ‘’удиви друзей на одноклассниках''. Картину дополняют изображения странных существ, похожих на персонажей фантастических фильмов о пришельцах из космоса. Всё бы хорошо, и мистический туман норовил закрыть подножья вулкана, добавляя флёра загадочности, если бы не привалившая толпа местных туристов. 
Им сильно повезло. Вместо неинтересных ацтекских стен и барельефов с пришельцами в храме проездом оказался живой пришелец, живущий на полпути между Юпитером и Альфа-Центавра - Наташа фром раша. Пришлось срочно свернуть программу приобщения к древности и скрыться в местном лесу. Чанди Суку так и не открыл все свои тайны, среди которых было нахождение нескольких интересных барельефов, виденных в интернете. Вероятно, они остались в храме Чанди Чето, на который сил и времени уже не осталось. Часы уже отсчитали критические 3 часа пополудни, после которых должен обязательно пойти сильный затяжной ливень. Так оно и случилось, с фатальной неизбежностью сезона дождей, что сейчас в самом разгаре на Яве. О, Соло! О, Соло мио! Мы оторвали от тебя всё, что было нужно, нагло и бесцеремонно, не испросив разрешения, постирав заляпанные вулканической пылью шмотки и выпив все свежевыжатые джусы в округе. А теперь нам пора в Сурабайю, и оттуда транзитом – к вулкану Бромо, встречать самый красивый в мире рассвет. 



Те, кто решил убить драгоценное время своей жизни и почитать эти заметки, наверняка заметили неоднородность стиля. Действительно, некоторые исторические и прочие подробности я вставляю из своего путеводителя по Индонезии, попутно дополняя и приводя в соответствие с реалиями сегодняшнего дня. На Яве всё меняется очень быстро, и дешёвая ночлежка после попадания в ЛП сразу удваивает цену, а автобусы, кажется, уже забыли своё предназначение и больше стоят, торгуют и развлекают, чем едут. Ехать по своему собственному путеводителю – занятие весьма редкое и интересное. Обычно всё бывает наоборот – ты сравниваешь чужое описание и свои свежие впечатления, бормочешь проклятья в адрес ''этих кретинов'', написавших о 10-часовом переезде из Ачеха в Медан, когда там все 15, и рекомендовавших посетить ‘’самый большой деревянный дворец'' на Сумбаве, разобранный в действительности по брёвнышку на реконструкцию уже лет 5 назад. В моём же случае ''этим кретином'' можешь быть только ты сам, спутав Чипанас с Чибодасом, или поставив в угоду массовому спросу малоинтересные балийские достопримечательности в список лучших мест Индонезии. Но я не буду посыпать голову пеплом. Хороший путеводитель – не Библия, не справочник сегодняшних цен и расписаний транспорта. Для этого есть интернет с его бездонным количеством свежей информации. Книга же должна прежде всего звать в дорогу и чертить стрелы основных маршрутов. 70-летняя тёща моего лучшего друга, никогда не ездившая дальше своей дачи, уже неделю зачитывается Индонезией и грезит великими географическими открытиями, а значит, свою задачу-максимум я уже выполнил. В конце концов, Священный ЛП тоже назвал обыкновенно-замусоленную и неоправданно дорогую гостишку ''Istana Griyer'', что на туристической улочке Дахлан в Соло, ''лучшим гестхаусом в этой части Явы'', хотя точно такой же и намного дешевле находится аккурат через дорогу. Любой путеводитель – не истина, а лишь одно из её приближений, более или менее удачное. Каким стала эта книга – судить не мне, да и кто сказал, что я желаю быть судимым?

Tags: Индонезия
Subscribe
promo popados january 19, 2015 18:25 113
Buy for 90 tokens
Уважаемые читатели! Перед тем, как вы напишете здесь свой первый комментарий, ознакомьтесь с правилами поведения в этом невероятно светлом и уютном блоге. И тогда он наверняка не станет последним, я обещаю. Правила просты и понятны: Комментарии модерируются, и довольно жёстко. Оскорбления…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments